Это интересно
- ОКД
- ЗКС
- ИПО
- КНПВ
- Мондиоринг
- Большой ринг
- Французский ринг
- Аджилити
- Фризби
Опрос
Полезные ссылки
РКФ
Все о дрессировке собак
Стрижка собак в Коломне
Поиск по сайту
Мир искусства (журнал). Мир искусства журнал
Мир искусства (журнал) — Википедия (с комментариями)
Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Мир искусства — ежемесячный иллюстрированный художественный журнал, выходил в Петербурге с 1898 по 1904 гг., целиком посвященный пропаганде творчества русских символистов и являвшийся органом одноименного объединения - «Мир искусства» и писателей-символистов.Выпуском журнала первоначально занимались княгиня М. К. Тенишева и С. И. Мамонтов, однако с 1902 года эти полномочия перешли к С. П. Дягилеву, который одновременно выполнял обязанности редактора. Увеличение нагрузки привело к тому, что уже с 1903 года журнал стал редактироваться совместно с А. Н. Бенуа. Эта же вакансия предлагалась и А. П. Чехову, но тот ответил отказом: «В журнале, как в картине или поэме, должно быть одно лицо и должна чувствоваться одна воля. Это и было до сих пор в «Мире искусства», и это было хорошо. И надо бы держаться этого»[1].
Редакция журнала располагалась в доме Дягилева (Литейный проспект, 45; а с 1900 — набережная реки Фонтанки, 11).
Первый номер был сдвоенный и вышел 9 ноября 1898 года. Потом журнал выходил один раз в две недели (до 1901), а с 1901 — раз в месяц.
Инициаторами журнала были А. Н. Бенуа и С. П. Дягилев (внесший крупный вклад в популяризацию русского искусства за рубежом).
"Мир искусства" первоначально предназначался лишь для публикации искусствоведческих статей и многочисленных высококачественных иллюстраций.
Журнал представлял собою тетради большого формата, переплетавшиеся по полугодиям, что составляло увесистые тома с внешностью роскошного издания по искусству.
В роскошно представленном художественном отделе, посвящённом произведениям как русских, так и иностранных мастеров, принимали участие художники И. Е. Репин, К. А. Сомов, В. М. Васнецов и А. М. Васнецов, В. Д. Поленов, В. А. Серов, М. В. Нестеров, И. И. Левитан, К. А. Коровин, Л. С. Бакст, Е. Е. Лансере и многие другие. Это определило крайне высокий художественно-эстетический уровень издания. Многое в собственном оформлении журнала позднее было трактовано как классические образцы русского искусства конца XIX — начала XX веков, как классика «модерна».
Большое количество материалов было посвящено вопросам самостоятельной русской художественной промышленности — в том числе декоративно-прикладному искусству; особое внимание было уделено образцам старого русского искусства XVIII — начала XIX веков.
Журнал занимал ведущие позиции в России в области «нового искусства» и предоставлял читателям широкие возможности для знакомства с мировой художественной жизнью тех лет (статьи и заметки А. Н. Бенуа, И. Э. Грабаря, С. П. Дягилева, В. В. Кандинского, отрывки из сочинений видных западных теоретиков искусства, обзоры иностранных изданий, воспроизведения выставочных экспозиций, репродукции современной русской и западноевропейской живописи и графики).
Журнал на рубеже веков оказался рупором новых веяний в искусстве и во многом определил развитие русской культуры на рубеже веков.
Литературный отдел в «Мире искусства» появился не с самого основания журнала, а лишь с 1900 г., при этом он был лишен беллетристики и состоял только из статей и рецензии. Во главе его стоял Д. В. Философов. Среди главных сотрудников отдела были Д. Мережковский и З. Гиппиус, В. Розанов, Л. Шестов, Н. Минский, Ф. Сологуб, К. Бальмонт, с середины 1901 г. — В. Брюсов, с 1902 г. — Андрей Белый.
В журнале публиковались религиозно-философские сочинения Д. С. Мережковского (например, его обширное исследование «Л. Толстой и Достоевский»), З. Н. Гиппиус, Н. М. Минского («Философские письма»), Л. Шестова, В. В. Розанова, К. Д. Бальмонта, С. В. Лурье, литературно-критические статьи В. Я. Брюсова, Андрея Белого, А. П. Нурока. Еще до формальной организации отдела дважды в «Мире искусства» выступил Вл. Соловьёв. Наиболее принципиальны были такие публикации в журнале как «Л. Толстой и Достоевский» Д. Мережковского (печатались на протяжении 1900-1901), «Философия трагедии» Л. Шестова (1902), «Философские разговоры» Н. Минского (печатались в 1901-1903), а также значительное количество статей В.В. Розанова. Примечательны были также обсуждение статьи С. А. Андреевского «Вырождение рифмы» (1901, № 5), статья В. Брюсова «Ненужная правда: По поводу Московского Художественного театра» (1902, № 4), а также статьи Андрея Белого «Певица» (1902, № 11), «Формы искусства» (1902, № 12) и «Символизм как миропонимание» (1904, № 5). Именно в «Мире искусства» были сформулированы многие основополагающие для символизма вопросы и сделаны первые попытки дать ответы на них.
Литературная часть журнала, тяготевшего к русскому символизму, в конце концов пришла к идейному конфликту с его художественной (изобразительной) частью, проповедовавшей «новую эстетику», впоследствии названную «модерном». В результате бурной и открытой дискуссии литературная группа Философова-Мережковского покинула издание, впоследствии основав свой «Новый путь».
Способность «Мира искусства» смотреть не только вперед, но и назад, за пределы недавнего прошлого, вплоть до далекой древности, — явилась следствием как мировоззренческих различий его участников, так и специфики их индивидуальных вкусов и интересов.
Во внутреннем ядре журнала и движения «Мир искусства» наблюдался раскол на «консерваторов» (т.е. тех, кого интересовало главным образом искусство прошлого) и «радикалов». К числу «консерваторов» принадлежали А. Бенуа, Е. Лансере, Д. Мережковский, иногда В. Серов, а к «радикалам» — А. Нурок, В. Нувель, Л. Бакст, З. Гиппиус и тот же Серов. Уравновешивающую роль играли Дягилев и Философов. Очень часто разногласия выносились на страницы журнала. Вообще это в высшей степени эклектическое издание представляло каждому автору полную свободу в выражении его взглядов. Эта свобода с самого начала произвела решительный переворот и в литературных, и в художественных вкусах.
«Мир искусства» не только открыл читателю глаза на классическую красоту Петербурга и окружающих его дворцов, но и романтическое изящество, характерное для эпох царствования Павла и Александра I, и на до него мало кем оцененную красоту средневековой архитектуры и русской иконописи. В журнале сложился особый лирический тип исторического пейзажа, окрашенного то элегией (Бенуа), то мажорной романтикой (Лансере). Публикации «Мира искусства» заставляли задуматься о современном значении древних цивилизаций и верований, о необходимости серьезно переоценить собственное литературное наследие.
Александру Бенуа летом 1900 года была предложена должность секретаря Императорского общества поощрения художеств и редактора журнала, выпускаемого этим обществом. Он превратил новый журнал, которому дал название «Художественные сокровища России», в своего рода дополнение к «Миру искусства». Здесь публиковались репродукции и фотографии памятников национального культурного наследия, сопровождаемые фактографическими аннотациями.
Библиография
- Бенуа А. Н. Возникновение «Мира искусства». — Л., 1928.
- Гусарова А. П. «Мир искусства». — Л., 1972.
- Лапшина Н. «Мир искусства», в кн.: Русская художественная культура конца XIX — начала XX века (1895—1907), кн. 2. — М., 1969.
- Паршин С.М. «Мир искусства» – М.: Изобразительное искусство, 1993.
- Петров В. Н. «Мир искусства», в кн.: История русского искусства, т. 10, кн. 1. — М., 1968.
- Соколова Н. «Мир искусства». — М.—Л., 1934.
- Стернин Г. Ю. О ранних годах «Мира искусства», в его кн.: Художественная жизнь России на рубеже 19—20 веков. — М., 1970.
- Мир искусства : хронологическая роспись содержания. 1899–1904 / сост. Ф. М. Лурье.— Санкт-Петербург : Коло, 2012.
См. также
Напишите отзыв о статье "Мир искусства (журнал)"
Примечания
- ↑ А. П. Чехов — С. П. Дягилеву, 12 июля 1903 г. // Чехов А. П. Драматургия. Письма. — Воронеж: Изд-во ВГУ, 1983. — С. 477.
Ссылки
- [http://lib.roerich-museum.ru/node/598 Мир искусства] / Рерих Н. К. Художники жизни. — Москва: Международный Центр Рерихов, 1993. — 88 с.
- [http://www.silverage.ru/magazins/mir_isk.html О Журнале «Мир искусства»]
- [http://www.nasledie-rus.ru/podshivka/7316.php Художники «Мира Искусства» в Большом Драматическом театре] Журнал "Наше Наследие" № 73 2005
Отрывок, характеризующий Мир искусства (журнал)
Дама была прелестной и какой-то «воздушной» в своём скромном, белом, вышитом мелкими зелёными цветочками, летнем платье. Её чудесные пепельные волосы были схвачены сзади зелёной лентой, что делало её похожей на прелестную лесную фею. Она выглядела настолько юной, чистой и скромной, что я не сразу узнала в ней ту величественную и блистательную красавицу королеву, которую видела всего лишь несколько минут назад во всей её великолепной «парадной» красоте.Рядом с ней, не сводя с неё глаз и ловя каждое её движение, шёл «наш знакомый» Аксель. Он казался очень счастливым и, в то же время, почему-то глубоко грустным... Королева лёгким движением взяла его под руку и нежно спросила: – Но, как же я, ведь я буду так скучать без Вас, мой милый друг? Время течёт слишком медленно, когда Вы так далеко... – Ваше Величество, зачем же мучить меня?.. Вы ведь знаете, зачем всё это... И знаете, как мне тяжело покидать Вас! Я сумел избежать нежелательных мне браков уже дважды, но отец не теряет надежду всё же женить меня... Ему не нравятся слухи о моей любви к Вам. Да и мне они не по душе, я не могу, не имею права вредить Вам. О, если бы только я мог быть вблизи от Вас!.. Видеть Вас, касаться Вас... Как же тяжело уезжать мне!.. И я так боюсь за Вас... – Поезжайте в Италию, мой друг, там Вас будут ждать. Только будьте не долго! Я ведь тоже Вас буду ждать... – ласково улыбаясь, сказала королева. Аксель припал долгим поцелуем к её изящной руке, а когда поднял глаза, в них было столько любви и тревоги, что бедная королева, не выдержав, воскликнула: – О, не беспокойтесь, мой друг! Меня так хорошо здесь защищают, что если я даже захотела бы, ничего не могло бы со мной случиться! Езжайте с Богом и возвращайтесь скорей... Аксель долго не отрываясь смотрел на её прекрасное и такое дорогое ему лицо, как бы впитывая каждую чёрточку и стараясь сохранить это мгновение в своём сердце навсегда, а потом низко ей поклонился и быстро пошёл по тропинке к выходу, не оборачиваясь и не останавливаясь, как бы боясь, что если обернётся, ему уже попросту не хватит сил, чтобы уйти... А она провожала его вдруг повлажневшим взглядом своих огромных голубых глаз, в котором таилась глубочайшая печаль... Она была королевой и не имела права его любить. Но она ещё была и просто женщиной, сердце которой всецело принадлежало этому чистейшему, смелому человеку навсегда... не спрашивая ни у кого на это разрешения... – Ой, как это грустно, правда? – тихо прошептала Стелла. – Как мне хотелось бы им помочь!.. – А разве им нужна чья-то помощь? – удивилась я. Стелла только кивнула своей кудрявой головкой, не говоря ни слова, и опять стала показывать новый эпизод... Меня очень удивило её глубокое участие к этой очаровательной истории, которая пока что казалась мне просто очень милой историей чьей-то любви. Но так как я уже неплохо знала отзывчивость и доброту большого Стеллиного сердечка, то где-то в глубине души я почти что была уверенна, что всё будет наверняка не так-то просто, как это кажется вначале, и мне оставалось только ждать... Мы увидели тот же самый парк, но я ни малейшего представления не имела, сколько времени там прошло с тех пор, как мы видели их в прошлом «эпизоде». В этот вечер весь парк буквально сиял и переливался тысячами цветных огней, которые, сливаясь с мерцающим ночным небом, образовывали великолепный сплошной сверкающий фейерверк. По пышности подготовки наверняка это был какой-то грандиозный званый вечер, во время которого все гости, по причудливому желанию королевы, были одеты исключительно в белые одежды и, чем-то напоминая древних жрецов, «организованно» шли по дивно освещённому, сверкающему парку, направляясь к красивому каменному газебо, называемому всеми – Храмом Любви.
Храм Любви, старинная гравюра
И тут внезапно за тем же храмом, вспыхнул огонь... Слепящие искры взвились к самим вершинам деревьев, обагряя кровавым светом тёмные ночные облака. Восхищённые гости дружно ахнули, одобряя красоту происходящего... Но никто из них не знал, что, по замыслу королевы, этот бушующий огонь выражал всю силу её любви... И настоящее значение этого символа понимал только один человек, присутствующий в тот вечер на празднике... Взволнованный Аксель, прислонившись к дереву, закрыл глаза. Он всё ещё не мог поверить, что вся эта ошеломляющая красота предназначалось именно ему. – Вы довольны, мой друг? – тихо прошептал за его спиной нежный голос. – Я восхищён... – ответил Аксель и обернулся: это, конечно же, была она. Лишь мгновение они с упоением смотрели друг на друга, затем королева нежно сжала Акселю руку и исчезла в ночи... – Ну почему во всех своих «жизнях» он всегда был таким несчастным? – всё ещё грустила по нашему «бедному мальчику» Стелла. По-правде говоря, я пока что не видела никакого «несчастья» и поэтому удивлённо посмотрела на её печальное личико. Но малышка почему-то и дальше упорно не хотела ничего объяснять... Картинка резко поменялась. По тёмной ночной дороге вовсю неслась роскошная, очень большая зелёная карета. Аксель сидел на месте кучера и, довольно мастерски управляя этим огромным экипажем, с явной тревогой время от времени оглядываясь и посматривая по сторонам. Создавалось впечатление, что он куда-то дико спешил или от кого-то убегал... Внутри кареты сидели нам уже знакомые король и королева, и ещё миловидная девочка лет восьми, а также две до сих пор незнакомые нам дамы. Все выглядели хмурыми и взволнованными, и даже малышка была притихшая, как будто чувствовала общее настроение взрослых. Король был одет на удивление скромно – в простой серый сюртук, с такой же серой круглой шляпой на голове, а королева прятала лицо под вуалью, и было видно, что она явно чего-то боится. Опять же, вся эта сценка очень сильно напоминала побег... Я на всякий случай снова глянула в сторону Стеллы, надеясь на объяснения, но никакого объяснения не последовало – малышка очень сосредоточенно наблюдала за происходящим, а в её огромных кукольных глазах таилась совсем не детская, глубокая печаль. – Ну почему?.. Почему они его не послушались?!.. Это же было так просто!..– неожиданно возмутилась она. Карета неслась всё это время с почти сумасшедшей скоростью. Пассажиры выглядели уставшими и какими-то потерянными... Наконец, они въехали в какой-то большой неосвещённый двор, с чёрной тенью каменной постройки посередине, и карета резко остановилась. Место напоминало постоялый двор или большую ферму. Аксель соскочил наземь и, приблизившись к окошку, уже собирался что-то сказать, как вдруг изнутри кареты послышался властный мужской голос: – Здесь мы будем прощаться, граф. Недостойно мне подвергать вас опасности далее. Аксель, конечно же, не посмевший возразить королю, успел лишь, на прощание, мимолётно коснуться руки королевы... Карета рванула... и буквально через секунду исчезла в темноте. А он остался стоять один посередине тёмной дороги, всем своим сердцем желая кинуться им вдогонку... Аксель «нутром» чувствовал, что не мог, не имел права оставлять всё на произвол судьбы! Он просто знал, что без него что-то обязательно пойдёт наперекосяк, и всё, что он так долго и тщательно организовал, полностью провалится из-за какой-то нелепой случайности... Кареты давно уже не было видно, а бедный Аксель всё ещё стоял и смотрел им вслед, от безысходности изо всех сил сжимая кулаки. По его мертвенно-бледному лицу скупо катились злые мужские слёзы... – Это конец уже... знаю, это конец уже...– тихо произнёс он. – А с ними что-то случится? Почему они убегают? – не понимая происходящего, спросила я. – О, да!.. Их сейчас поймают очень плохие люди и посадят в тюрьму... даже мальчика. – А где ты видишь здесь мальчика? – удивилась я. – Так он же просто переодетый в девочку! Разве ты не поняла?.. Я отрицательно покачала головой. Пока я ещё вообще почти что ничего здесь не понимала – ни про королевский побег, ни про «плохих людей», но решила просто смотреть дальше, ничего больше не спрашивая. – Эти плохие люди обижали короля и королеву, и хотели их захватить. Вот они и пытались бежать. Аксель им всё устроил... Но когда ему было приказано их оставить, карета поехала медленнее, потому что король устал. Он даже вышел из кареты «подышать воздухом»... вот тут его и узнали. Ну и схватили, конечно же...
Погром в Версале Арест королевской семьи
Страх перед происходящим... Проводы Марии-Антуанетты в Темпль
Стелла вздохнула... и опять перебросила нас в очередной «новый эпизод» этой, уже не такой счастливой, но всё ещё красивой истории... На этот раз всё выглядело зловещим и даже пугающим. Мы оказались в каком-то тёмном, неприятном помещении, как будто это была самая настоящая злая тюрьма. В малюсенькой, грязной, сырой и зловонной комнатке, на деревянной лежанке с соломенным тюфяком, сидела измученная страданием, одетая в чёрное, худенькая седовласая женщина, в которой было совершенно невозможно узнать ту сказочно красивую, всегда улыбающуюся чудо-королеву, которую молодой Аксель больше всего на свете любил...
Мария-Антуанетта в Темпле
Он находился в той же комнатке, совершенно потрясённый увиденным и, ничего не замечая вокруг, стоял, преклонив колено, прижавшись губами к её, всё ещё прекрасной, белой руке, не в состоянии вымолвить ни слова... Он пришёл к ней совершенно отчаявшись, испробовав всё на свете и потеряв последнюю надежду её спасти... и всё же, опять предлагал свою, почти уже невозможную помощь... Он был одержим единственным стремлением: спасти её, несмотря ни на что... Он просто не мог позволить ей умереть... Потому, что без неё закончилась бы и его, уже ненужная ему, жизнь...
o-ili-v.ru
Мир искусства | Серебряного века силуэт...
Рубеж двух веков, 19 и 20, был ознаменован основанием в Петербурге «Мира искусства», первого журнала, целиком посвященного пропаганде творчества русских символистов и являвшегося органом одноименного объединения, а в Москве — символистской издательской фирмы «Скорпион».
Журнал был основан по инициативе С. Дягилева и первоначально предназначался лишь для публикации искусствоведческих статей и многочисленных высококачественных иллюстраций. Журнал представлял собою тетради большого формата, переплетавшиеся по полугодиям, что составляло увесистые тома с внешностью роскошного издания по искусству.
Константин Сомов. Обложка журнала Мир Искусства.1900.
9 ноября 1898 г. вышел в свет первый сдвоенный номер «Мира искусства». Деньги для журнала достал Дягилев, обратившись к княгине М. Тенишевой и С. Морозову. Молодой журнал стал первым в России роскошно издаваемым органом изящных искусств. Он, одновременно элегический и самоуверенный, упадочный и жизнерадостный, сверкал наподобие радуги на фоне грозовых туч.
Литературный отдел в «Мире искусства» появился не с самого основания журнала, а лишь с 1900 г., при этом он был лишен беллетристики и состоял только из статей и рецензии. Во главе его стоял Д. Философов.
Среди главных сотрудников отдела были Д. Мережковский и З. Гиппиус, В. Розанов, Л. Шестов, Н. Минский, Ф. Сологуб, К. Бальмонт, с середины 1901 г. — В. Брюсов, с 1902 — Андрей Белый. Еще до формальной организации отдела дважды в «Мире искусства» выступил Вл. Соловьев. Наиболее принципиальны были публикации: «Лев Толстой и Достоевский» Д. Мережковского (печаталось на протяжении 1900-1901), «Философия трагедии» Л. Шестова (1902), «Философские разговоры» Н. Минского (печатались в 1901-1903), а также значительное количество статей Розанова (около 30). Примечательны были также обсуждение статьи С. Андреевского «Вырождение рифмы» (1901, № 5), статья В. Брюсова «Ненужная правда: По поводу Московского Художественного театра» (1902, № 4), а также статьи Белого «Певица» (1902, № 11), «Формы искусства» (1902, № 12) и «Символизм как миропонимание» (1904, № 5). Именно в «Мире искусства» были сформулированы многие основополагающие для символизма вопросы и сделаны первые попытки дать ответы на них.
Также с журналом сотрудничали и многие художники, среди которых — В. Серов, Л. Бакст, Е. Лансере и др.
Лев Бакст. Обложка журнала «Мир искусства» № 2 за 1902 г.
Способность «Мира искусства» смотреть не только вперед, но и назад, за пределы недавнего прошлого, вплоть до далекой древности, — явилась следствием не только классовых и мировоззренческих различий его участников (космополитический аристократизм одних и мещанский провинциализм других), но и различий индивидуальных вкусов и интересов. Во внутреннем ядре журнала и движения «Мир искусства» наблюдался раскол на «консерваторов» (т.е. тех, кого интересовало главным образом искусство прошлого) и «радикалов». К числу «консерваторов» принадлежали А. Бенуа, Е. Лансере, Д. Мережковский, иногда В. Серов, а к «радикалам» — А. Нурок, В. Нувель, Л. Бакст, З. Гиппиус и тот же Серов. Уравновешивающую роль играли Дягилев и Философов. Очень часто разногласия выносились на страницы журнала. Вообще это в высшей степени эклектическое издание представляло каждому автору полную свободу в выражении его взглядов.
Эта свобода с самого начала произвела решительный переворот и в литературных, и в художественных вкусах. «Мир искусства» не только открыл читателю глаза на классическую красоту Петербурга и окружающих его дворцов, на романтическое изящество, характерное для эпох царствования Павла и Александра I, и на до него мало кем оцененную красоту средневековой архитектуры и русской иконописи, но и заставлял задуматься о современном значении древних цивилизаций и верований и о необходимости серьезно переоценить собственное литературное наследие.
А. Бенуа летом 1900 года была предложена должность секретаря императорского «Общества поощрения художеств» и редактора журнала, выпускаемого этим обществом. Он превратил журнал, которому дал название «Художественные сокровища России», в своего рода дополнение к «Миру искусства». Здесь публиковались репродукции и фотографии памятников национального культурного наследия, сопровождаемые фактографическими аннотациями.
Нараставшее напряжение во взаимоотношениях среди сотрудников «Мира искусства» привело к выделению группы Мережковских в отдельный журнал «Новый путь», в 1904 г. появился журнал «Весы», а финансовые проблемы не позволили продолжать «Мир искусства». К тому же собственно художественные вопросы, ради которых первоначально учреждался журнал, были уже сформулированы, «поэтому дальнейшее явилось бы только повторением, каким-то топтанием на месте».
silverage.ru
Мир искусства (журнал) — Википедия
Обложка журнала за 1901 годМир искусства — ежемесячный иллюстрированный художественный журнал, выходил в Петербурге с 1898 по 1904 гг., целиком посвященный пропаганде творчества русских символистов и являвшийся органом одноименного объединения - «Мир искусства» и писателей-символистов. Издатели — княгиня М. К. Тенишева и С. И. Мамонтов, редактором был С. П. Дягилев; с 1902 года издателем стал Дягилев; с № 10 за 1903 годом редактором был также А. Н. Бенуа.
Редакция журнала располагалась в доме Дягилева (Литейный проспект, 45; а с 1900 — набережная реки Фонтанки, 11).
Первый номер был сдвоенный и вышел 9 ноября 1898 года. Потом журнал выходил один раз в две недели (до 1901), а с 1901 — раз в месяц.
Инициаторами журнала были А. Н. Бенуа и С. П. Дягилев (внесший крупный вклад в популяризацию русского искусства за рубежом).
"Мир искусства" первоначально предназначался лишь для публикации искусствоведческих статей и многочисленных высококачественных иллюстраций.
Журнал представлял собою тетради большого формата, переплетавшиеся по полугодиям, что составляло увесистые тома с внешностью роскошного издания по искусству.
В роскошно представленном художественном отделе, посвящённом произведениям как русских, так и иностранных мастеров, принимали участие художники И. Е. Репин, К. А. Сомов, В. М. Васнецов и А. М. Васнецов, В. Д. Поленов, В. А. Серов, М. В. Нестеров, И. И. Левитан, К. А. Коровин, Л. С. Бакст, Е. Е. Лансере и многие другие. Это определило крайне высокий художественно-эстетический уровень издания. Многое в собственном оформлении журнала позднее было трактовано как классические образцы русского искусства конца XIX — начала XX веков, как классика «модерна».
Большое количество материалов было посвящено вопросам самостоятельной русской художественной промышленности — в том числе декоративно-прикладному искусству; особое внимание было уделено образцам старого русского искусства XVIII — начала XIX веков.
Журнал занимал ведущие позиции в России в области «нового искусства» и предоставлял читателям широкие возможности для знакомства с мировой художественной жизнью тех лет (статьи и заметки А. Н. Бенуа, И. Э. Грабаря, С. П. Дягилева, В. В. Кандинского, отрывки из сочинений видных западных теоретиков искусства, обзоры иностранных изданий, воспроизведения выставочных экспозиций, репродукции современной русской и западноевропейской живописи и графики).
Журнал на рубеже веков оказался рупором новых веяний в искусстве и во многом определил развитие русской культуры на рубеже веков.
Литературный отдел в «Мире искусства» появился не с самого основания журнала, а лишь с 1900 г., при этом он был лишен беллетристики и состоял только из статей и рецензии. Во главе его стоял Д. В. Философов. Среди главных сотрудников отдела были Д. Мережковский и З. Гиппиус, В. Розанов, Л. Шестов, Н. Минский, Ф. Сологуб, К. Бальмонт, с середины 1901 г. — В. Брюсов, с 1902 г. — Андрей Белый.
В журнале публиковались религиозно-философские сочинения Д. С. Мережковского (например, его обширное исследование «Лев Толстой и Достоевский»), З. Н. Гиппиус, Н. М. Минского («Философские письма»), Л. Шестова, В. В. Розанова, К. Д. Бальмонта, С. В. Лурье, литературно-критические статьи В. Я. Брюсова, Андрея Белого, А. П. Нурока. Еще до формальной организации отдела дважды в «Мире искусства» выступил Вл. Соловьев. Наиболее принципиальны были такие публикации в журнале как «Лев Толстой и Достоевский» Д. Мережковского (печатались на протяжении 1900-1901), «Философия трагедии» Л. Шестова (1902), «Философские разговоры» Н. Минского (печатались в 1901-1903), а также значительное количество статей В.В. Розанова. Примечательны были также обсуждение статьи С. А. Андреевского «Вырождение рифмы» (1901, № 5), статья В. Брюсова «Ненужная правда: По поводу Московского Художественного театра» (1902, № 4), а также статьи Андрея Белого «Певица» (1902, № 11), «Формы искусства» (1902, № 12) и «Символизм как миропонимание» (1904, № 5). Именно в «Мире искусства» были сформулированы многие основополагающие для символизма вопросы и сделаны первые попытки дать ответы на них.
Литературная часть журнала, тяготевшего к русскому символизму, в конце концов пришла к идейному конфликту с его художественной (изобразительной) частью, проповедовавшей «новую эстетику», впоследствии названную «модерном». В результате бурной и открытой дискуссии литературная группа Философова-Мережковского покинула издание, впоследствии основав свой «Новый путь».
Способность «Мира искусства» смотреть не только вперед, но и назад, за пределы недавнего прошлого, вплоть до далекой древности, — явилась следствием как мировоззренческих различий его участников, так и специфики их индивидуальных вкусов и интересов.
Во внутреннем ядре журнала и движения «Мир искусства» наблюдался раскол на «консерваторов» (т.е. тех, кого интересовало главным образом искусство прошлого) и «радикалов». К числу «консерваторов» принадлежали А. Бенуа, Е. Лансере, Д. Мережковский, иногда В. Серов, а к «радикалам» — А. Нурок, В. Нувель, Л. Бакст, З. Гиппиус и тот же Серов. Уравновешивающую роль играли Дягилев и Философов. Очень часто разногласия выносились на страницы журнала. Вообще это в высшей степени эклектическое издание представляло каждому автору полную свободу в выражении его взглядов. Эта свобода с самого начала произвела решительный переворот и в литературных, и в художественных вкусах.
«Мир искусства» не только открыл читателю глаза на классическую красоту Петербурга и окружающих его дворцов, но и романтическое изящество, характерное для эпох царствования Павла и Александра I, и на до него мало кем оцененную красоту средневековой архитектуры и русской иконописи. В журнале сложился особый лирический тип исторического пейзажа, окрашенного то элегией (Бенуа), то мажорной романтикой (Лансере). Публикации «Мира искусства» заставляли задуматься о современном значении древних цивилизаций и верований, о необходимости серьезно переоценить собственное литературное наследие.
Александру Бенуа летом 1900 года была предложена должность секретаря Императорского общества поощрения художеств и редактора журнала, выпускаемого этим обществом. Он превратил новый журнал, которому дал название «Художественные сокровища России», в своего рода дополнение к «Миру искусства». Здесь публиковались репродукции и фотографии памятников национального культурного наследия, сопровождаемые фактографическими аннотациями.
Нараставшее напряжение во взаимоотношениях среди сотрудников «Мира искусства» привело к выделению группы Мережковских в отдельный журнал «Новый путь», а в 1904 г. появился журнал Весы, а финансовые проблемы не позволили продолжать «Мир искусства». К тому же собственно художественные вопросы, ради которых первоначально учреждался журнал, были уже сформулированы, «поэтому дальнейшее явилось бы только повторением, каким-то топтанием на месте».
- Бенуа А. Н. Возникновение «Мира искусства». — Л., 1928.
- Гусарова А. П. «Мир искусства». — Л., 1972.
- Лапшина Н. «Мир искусства», в кн.: Русская художественная культура конца XIX — начала XX века (1895—1907), кн. 2. — М., 1969.
- Паршин С.М. «Мир искусства» – М.: Изобразительное искусство, 1993.
- Петров В. Н. «Мир искусства», в кн.: История русского искусства, т. 10, кн. 1. — М., 1968.
- Соколова Н. «Мир искусства». — М.—Л., 1934.
- Стернин Г. Ю. О ранних годах «Мира искусства», в его кн.: Художественная жизнь России на рубеже 19—20 веков. — М., 1970.
- Мир искусства : хронологическая роспись содержания. 1899–1904 / сост. Ф. М. Лурье.— Санкт-Петербург : Коло, 2012.
www.wikiznanie.ru
